Вклад русских ученых в мировую этнографическую науку

Для понимания задач этнографии, как науки, важен правильный взгляд на взаимоотношения ее со смежными науками и — еще более — умение правильно сочетать данные этих наук. В принципе все признают необходимость тесной увязки этнографического материала с данными археологии, антропологии, лингвистики, письменной истории. Но одно дело признавать, другое — уметь практически применять, разрабатывать, комбинировать материал этих смежных, но самостоятельных наук. Для этого надо его прежде всего хорошо знать, а это требует незаурядной эрудиции одновременно в нескольких науках. Помимо этого, самый метод сочетания данных, заимствованных из разных наук, требует особой разработки. Все это по плечу только деятелям передовой науки, а не людям академической рутины.

Вот почему так велика научная заслуга одного из выдающихся русских ученых — Д.Н. Анучина. С необычайной широтой эрудиции, разносторонностью и мастерством Анучин умел ставить и решать научные проблемы, требующие привлечения этнографических, археологических, документальных и других источников. Поэтому каждая из более или менее значительных работ Анучина оставила заметный след в историографии соответствующего вопроса. Примером может послужить даже такая ранняя его работа, как «Племя айнов» (1876), где во всю широту, едва ли не впервые, была поставлена проблема происхождения этого маленького загадочного народа. Более поздние исследования Анучина — «Лук и стрелы» (1887), мастерский «археолого-этнографический очерк», послуживший образцом для работ зарубежных этнографов Бальфура и Фридриха Ратцеля; «Сани, ладья и кони, как принадлежности похоронного обряда» (1890); «Древне-русское сказание “О человецех незнаемых в восточной стране”» (1890), искусная этнографическая интерпретация легендарного средневекового памятника, и ряд других. Большое принципиальное значение имеет программная статья Анучина «О задачах русской этнографии»[xxiii], где ставится как основная ближайшая задача — составление капитальных монографий об отдельных народах, с исчерпывающим привлечением всех источников и материалов, включая непосредственные полевые наблюдения. В этой статье Анучин подчеркивает большое общенаучное значение этнографии, а также и ее крупное общественное и просветительное значение.

Анучину и русская и мировая наука обязана серьезным обоснованием необходимости тесной координации трех наук — этнографии, археологии и антропологии. Эта «анучинская триада» получила свое воплощение и в системе преподавания в Московском университете и в созданном самим Анучиным замечательном музее, послужившем моделью для некоторых западноевропейских музеев; известный немецкий антрополог Рудольф Мартин называл анучинский музей недосягаемым для него идеалом.

Сформулированные Анучиным принципы вдохновляли русских исследователей на протяжении многих лет. В духе этих принципов писались ценные монографии — от «Русских лопарей» Николая Харузина (1890) до работ Б.А. Куфтина 1920-х годов, посвященных проблемам восточноевропейской этнографии. В зарубежной литературе идеи Анучина нашли довольно слабый отголосок: там в эти годы шла борьба между поверхностным эволюционизмом и модными, довольно разношерстными направлениями — от «культурно-исторического» до чисто биологического.

Одной из кардинальных проблем этнографии является, как известно, проблема родового строя и связанная с ней проблема ранних форм развития семьи. В разработку этой области этнографический вопросов русская наука внесла тоже немалый вклад.

До 60-х годов ХІХ в. европейской науке была известна только одна форма родовой организации — патриархальный род. Но исследователи до Генри Мэна, попытавшегося теоретически обосновать учение о патриархально-родовом строе, ограничивались обычно лишь описанием родовой организации у отдельных народов — у древних греков, римлян, кельтов и т.п. В этом смысле существенным вкладом было разработанное в русской науке учение о родовом строе у древних славян. Оставляя в стороне ранних авторов, напомним только о ценных, имевших принципиальное значение трудах К.Д. Кавелина, впервые разработавшего данную проблему с общеисторической точки зрения.

Перейти на страницу: 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Другое по географии

Экономическая география Китая
Еще в середине XX в. Китай был довольно отсталой, преимущественно аграрной страной; нередко его называли «больным человеком Азии». С тех пор прошло всего несколько десятилетий, но за этот сравнительно короткий для исто ...